Флаг и герб

Приоритетные национальные проекты России
"Фонд поддержки стратегических исследований и инвестиций УрФО"

Перейти на основной сайт
ИА ИНВУР Логотип Инновационного портала УрФО

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг ресурсов "УралWeb"

Rambler's Top100



Не в чистом поле

Добавлено: 2014-06-11, просмотров: 681


Сохранить "неперспективную" деревню может малый бизнес

Зачастую только предприниматели, работающие на селе, дают возможность заработать местным жителям Фото: Сергей Мардело/РГ
Зачастую только предприниматели, работающие на селе, дают возможность заработать местным жителям Фото: Сергей Мардело/РГ
Эксперты уверены: если ничего не изменится, через 10-15 лет обезлюдеет ровно половина деревень Ярославской области. Неприятная перспектива просчитывается без труда: согласно последним данным статистики, в регионе насчитывалось 6040 сельских населенных пунктов. Из них в 1480 жителей уже не было совсем, в 1685 обитало не более пяти человек. Корреспондент "РГ" разбиралась в ситуации, ставшей типичной для большинства регионов.
Динамика падения

"Нокаутирующих" ударов по селу за последние сто лет был целый град. Особенно непривлекательно, с точки зрения современников, выглядят в этом отношении бедовые девяностые годы прошлого века. Однако та же статистика бесстрастно констатирует: массовый исход населения из сельской местности начался гораздо раньше. Если под занавес XIX века (1897 год) в Ярославской губернии сельского населения по отношению к городскому было почти 87 процентов, то в 1959-м селян было уже около 42 процентов, в 1970-м - 30, а в глубоко застойном и, казалось бы, благополучном 1979-м - 22,4. За десять последующих лет доля ярославских селян снизилась до 18,6 и сегодня составляет уже 18,1.

- Умирание деревни обусловлено исключительно тем, что "мина замедленного действия" была заложена под нее в 30-е годы прошлого века, - размышляет директор департамента территориального развития Ярославской области Юрий Бойко. - Страна переходила от аграрного к индустриальному экономическому укладу, что само по себе потребовало увеличения городского населения. Для нашего региона это особенно характерно, поскольку он промышленный. Но если в советское время существовали нематериальные способы удержания людей в сельской местности, то рыночная экономика, да еще в нашей зоне рискованного земледелия, село подчас просто добивает.

Оазисы и "шахты"

Впрочем, есть, оказывается, граница, за которой сельская разруха пока себя не проявляет.

- Мы посмотрели динамику за последние несколько лет, - продолжает Юрий Бойко. - У нас не уменьшается количество населенных пунктов с числом жителей от ста человек и выше. Более мелких становится меньше, но при этом люди из небольших деревень переселяются не в города, а как раз в эти крупные села и поселки, где есть определенный набор социальных благ: школа, магазин, рядом "скорая помощь". Некоторые крупные населенные пункты даже чуть выросли за счет этого. Такие села и поселки "падать" уже не будут, потому что там есть на что опереться, имеются хоть какие-то экономические основы, очажки занятости, возникшие в рамках рыночной экономики.

Увы, богатых инвесторов на все города и веси не хватает, а потому "экономические основы" во многих случаях достаточно иллюзорны… Скорбных домов-гнилушек, заброшенных, развалившихся ферм, зерно- и овощехранилищ, оставшихся от некогда богатых и благополучных хозяйств, на территории региона множество.

Например, по словам Юрия Бойко, Брейтовский район сегодня поднимают москвичи и жители Углича - строят базы отдыха на Рыбинском водохранилище. Очень крупные туристические комплексы-курорты появились под Переславлем и Рыбинском. В Первомайском районе ярославец занимается деревообработкой, а питерцы восстанавливают сырзавод, где собираются делать моцареллу. Под поселком Борисоглебский москвичи построили мощнейший животноводческий комплекс по производству молока, оснащенный по последнему слову техники. Ярославский бизнесмен без преувеличения вдохнул жизнь в старинное торговое село Вятское под Ярославлем, создав там музейный комплекс, за что даже получил Госпремию за вклад в возрождение и развитие традиционных культурных и исторических ценностей.

Увы, богатых инвесторов на все города и веси не хватает, а потому "экономические основы" во многих случаях достаточно иллюзорны… Скорбных домов-гнилушек, заброшенных, развалившихся ферм, зерно- и овощехранилищ, оставшихся от некогда богатых и благополучных хозяйств, на территории региона множество. И даже "городские" удобства, как показывает практика, уже не страхуют от проблем, в том числе демографических. Например, в Кременевском сельском поселении Пошехонского района, по словам его главы Инны Исаковой, есть и дороги, и вода, и газ, а народ все равно заглядывается на огни больших городов.

- Молодые уезжают, потому что условия работы на фермах их уже не устраивают, - отмечает Инна Исакова. - Фермы старые, инвесторы пришли, но модернизацией не занимаются. Как работали люди тридцать лет назад, так и сегодня работают, на старой базе, развития нет никакого, поэтому я наших доярок сравниваю с шахтерами. А ведь наш колхоз когда-то гремел на всю область…

Под именем реаниматолога

Руководитель ассоциации крестьянских и фермерских хозяйств Ярославской области Василий Егоров уверен: сохранить "неперспективную" деревню может только малый бизнес - фермерство. В доказательство приводит цифры: с начала фермерского движения в регионе возрождено уже почти 40 деревень. На съезде Ассоциации фермерских хозяйств и сельхозкооперативов России ярославцы даже вышли с инициативой о присвоении таким населенным пунктам имен их "реаниматологов". Например, сделать название двойным - с добавлением через дефис фамилии фермера. Может, и получится - идея-то хорошая.

Одна из таких возрожденных деревень стоит на пригорке в десяти километрах от Никольского, на самой границе с Костромской областью, которая проходит по реке Солонице, а по сути - в тупике. Когда в 1992 году доцент Ярославской сельхозакадемии, кандидат наук Сергей Бачманов арендовал в этих местах землю, в деревушке Переньково постоянно никто уже не жил - несколько человек приезжали на лето. Дороги сюда не было, а значит, не было и перспектив. Теперь есть и то, и другое - и дорога, и перспективы: у фермеров Бачмановых трое детей и, как минимум, двое намерены продолжить дело родителей.

Устоять в условиях экономических штормов помогло хорошее знание предмета (земледелия) и умение просчитать риски. Засей Сергей Бачманов свою землю льном, как поначалу планировал, неизвестно, что бы из этого вышло. Но узнав, как соседний колхоз мается со сбытом урожая льна, фермер посеял морковь и с тех пор специализируется на овощеводстве. Были времена, когда оптовые покупатели платили ему мясными суповыми наборами, цикорием, квасным суслом, толокном. Однажды рассчитались кухонным гарнитуром, который до сих пор стоит в доме. А за первый урожай картошки он не получил денег вообще - просто отвез на терочный завод 70 тонн картофеля, а расчета не дождался. Но умудрился выжить. Как это было непросто, говорят цифры: с Бачмановым в Некрасовском районе начинали 114 фермеров - к сегодняшнему дню более или менее "шевелятся" пятеро.

С помощью государства он построил дом, овощехранилище, электроподстанцию, для сбора урожая нанимает людей, в том числе из того же Никольского, и, хотя постоянно выплачивает какой-нибудь кредит, смотрит только в будущее. Его супруга Марина занимается романовским овцеводством и надеется получить для своей фермы статус племенной, что увеличит доходность от бизнеса раза в два. А сам Сергей для большей экономической устойчивости запланировал произвести в хозяйстве модную ныне диверсификацию, то есть расширить ассортимент выпускаемой продукции. Конкретнее - построить животноводческую ферму для производства говядины, на что уже получил грант.

Найти середину

Но Сергей Бачманов, по выражению Василия Егорова, - это уже элита фермерства, образцовый его вариант (хотя собственные подростки-дети замечают родителям: "Работаете и работаете, а денег-то нет!"). А кто-то - пока на пути даже к минимальному успеху. Между тем, по словам главы ассоциации, уровень поддержки фермерства в Ярославской области колеблется в пределах от одного до полутора процентов всего бюджета регионального АПК.

- В последние годы у нас свернули поддержку фермерства и занялись крупными комплексами, - поясняет руководитель ярославских фермеров.

С 2012 года в России заработали две отличные программы - поддержки семейных животноводческих ферм и начинающих фермеров. В основе обеих - принцип софинансирования из региональных бюджетов. Так вот, в Ярославской области, со слов Василия Егорова, в 2013-м на поддержку семейных животноводческих ферм из областного бюджета планировали выделить 30 миллионов рублей и соответственно 26 миллионов получить из федерального, однако в итоге общая сумма "усохла" до 12,5 миллиона. Начинающие получили больше - 18. В этом году суммы оказались еще скромнее: около десяти миллионов - семейным фермам и немногим более семи - начинающим.

- Многое наобещали, люди пошли, зарегистрировали предприятия, но сразу попали под налоги, поддержки не получили и испытали страшное разочарование. Мы никак не найдем золотую середину. Ведь если крупный холдинг приходит, производство и людские ресурсы концентрируются в одном месте, что опустошает окрестные деревни. А фермерство, наоборот, помогает эти деревни сохранить. Проблема в том, что мы не можем состыковать крупное и мелкое, чтобы они сосуществовали рядом и дополняли друг друга. Да, крупное видно сразу, а мелкое разбросано. Но последнее способствует равномерному распределению населения и сельхозпроизводства по территории, а значит, и ее обустройству, - подчеркнул Василий Егоров.

"Российская газета" - Экономика Центрального округа